В холодном приюте начала пятидесятых жизнь текла по строгому распорядку. Скудная еда, длинные коридоры, тишина в спальнях после отбоя. В один из таких серых дней девочка по имени Лиза нашла на пыльной полке в кладовой старую шахматную доску с потрескавшимися фигурами. Правила ей объяснил старый сторож, и с той первой партии что-то щелкнуло в ее сознании.
Деревянные фигуры оживали под ее пальцами. Она видела ходы на несколько шагов вперед, как будто доска была прозрачной, а все комбинации — очевидными. Скоро она обыгрывала всех в приюте, а потом и учителей из городка. Ее стали возить на районные соревнования, где она, щуплая девочка в перешитой форме, заставляла сдаваться взрослых мужчин. Газеты писали о «шахматном вундеркинде из приюта». Казалось, судьба повернулась к ней лицом.
Но слава принесла с собой иное. После первых крупных побед на нее обрушился мир, полный напряжения. Бесконечные тренировки, взгляды тысяч людей, тяжелое ожидание каждого хода. Чтобы справиться с дрожью в руках и давящей тишиной зала, она начала принимать таблетки, которые дал ей один «доброжелатель» — «для успокоения нервов». Сначала одна перед игрой. Потом две. Потом — даже когда не нужно было играть, просто чтобы заглушить шум в голове и забыть о стенах приюта, которые, казалось, преследовали ее даже в дорогих отелях.
Ее ходы на доске по-прежнему были блестящими и непредсказуемыми. Она побеждала, поднималась все выше, ее имя гремело. Но цена каждой победы росла. Теперь ей нужны были таблетки, чтобы думать, и таблетки, чтобы забыть. Путь к вершине мира, который начинался на пыльной полке, теперь был вымочен не только лавровыми листьями, но и осколками маленьких белых ампул. И следующая партия, самая важная в ее жизни, разворачивалась уже не только на черно-белых клетках, а внутри нее самой, где противником была она сама и тень зависимости, угрожавшая поставить мат всему, чего она достигла.
